В Японии найдено эффективное средство от коронавируса — сидис*кадома.

Американцы изобрели 1000—градусную водку и решили её испробовать. Ну начали с итальянца. Попробовал — умер. Потом японцу дали — Умер. Ну приехали в Россию, сидят в кустах, русского ждут. Едет один на тракторе. Ну остановили они его, на, говорят, попробуй. Ну тот стопку, другую. Ну, говорит, поехал я. Американцы в шоке, догнали его, спрашивают:
— Ну и как водка?
— Водка класс, только при отрыжке фуфайка загорается!

Япония выкупила права на фильм «Cекc в большом городе» и теперь он будет называться «Чпокио в Токио».

— Вот в Японии раньше стариков относили на гору, и там оставляли умирать…
— Господин Кудрин, а другие предложения по пенсионному фонду будут?

Изобретен русский тамагочи. В отличие от японского оригинала, русский, если его не кормят, не умирает, а только матерится.

Раскрыт секрет, почему в японских ресторанах так долго несут заказ. Пока калмык объяснит узбеку, что от него хочет кореец, туркмену нужно идти домой, а тут ещё заказ!

Японцы известны своим трудолюбием, немцы — дисциплиной, американцы — оптимизмом, а русские вообще хорошие ребята.

Всплывает японская подводная лодка. Весь личный состав построился, идет перекличка:
— Синь Инь Цин выйти из строя…
Тишина.
— Синь Инь Цин выйти из строя…
Тишина.
— Синицин…привыкай к конспирации…

Тонет корабль. Капитан просит всех пассажиров перебраться в шлюпки, но пассажиры боятся спрыгнуть с борта в утлые шлюпки. Тогда капитан подошел к каждому пассажиру, что—то им сказал, и все быстро попрыгали в шлюпки. Капитан и помощник последними садятся в шлюпку, помощник спрашивает:
— Скажите, а что вы им такое сказали, что все вас послушались?
— К каждому свой подход. Немцам я сказал, что это приказ. Американцам я сказал, что это патриотично. Японцам сказал, что это повышает потенцию. А итальянцам — что это запрещено.

Знакомятся русский парень и японская девушка. Японка представляется:
— Сукасима.
Парень говорит:
— Кобель Вася.

— Вовочка, о чем задумался?
— Да вот мечтаю, Марь Иванна. Написал бы кто—нибудь шлягер под названием «Клизма».
— Это зачем еще?!
— Я бы тогда написал на радио:
— Дорогая редакция, поставьте, пожалуйста, «Клизму» нашему завучу Степаниде Васильевне!