Абрам лежит в постели с Сарой и наблюдает, как она капает глазные капли:
2 капли в левый глаз, 2 капли в правый и 2 между ног.
Абраша спрашивает:
— А зачем туда-то?!
Сара:
— Так она тоже давно уже ничего не видела!

По улице идет Рабинович и очень бережно несет два арбуза. Навстречу ему Абрам:
— Яша, уступи мне один арбуз.
— Никак не могу. Теща сказала: « Яша, за один арбуз отдам полжизни!…»

В Израиле с коронавирусом просто договорились. Он даже остался немножко должен.

— Тетя Сара, тетя Сара, ваш Мойша ест говно!
— Мойша, дурак, не наедайся, скоро обед!

Встречаются на улице Абрам и Изя. Один спрашивает другого:
— Здравствуй, Абрам, как живешь, как можешь?
Абрам:
— Живу хорошо, могу плохо…
Изя:
— Так выходит плохо?
Абрам:
— Нет, выходит хорошо, заходит плохо…

Арабы встречаются со словами
— «Салам алейкум».
Евреи встречаются со словами
— «Шалом алейхем».
Поэтому евреи — это шепелявые арабы.

Останавливает гаишник мужика на машине:
— Вы превысили скорость.
— Ну какой же русский не любит быстрой езды?
— С вас штраф 50 тысяч.
— Откуда деньги у бедного еврея?

Пытался читать библию. Не понял, какое отношение к России имеют все эти приключения евреев в Африке?

В аэропорту таможенник спрашивает у Рабиновича:
— Откуда прибыли?
— Какие прибыли, что вы? Одни убытки…

Гость на обеде у еврея. Еврей:
— Вы возьмите еще кусочек мяса.
— Спасибо, я уже съел два кусочка.
— Вообще—то четыре, да вы кушайте, кто же считает.

В ресторане официант любезно спрашивает клиента:
— Как вам нравится бифштекс?
— Как специалист могу со всей ответственностью сказать: это достойная вещь.
— Вы повар?
— Нет, сапожник.

— Абрам, а давай пригласим соседей на праздник.
— Зачем?
— Будет весело.
— Сара, я не понимаю, почему тебя веселит, когда чужие люди приходят и едят нашу еду!?

— Слушай, Моня, я тут прочитал на упаковке, что курение вызывает импотенцию.
— Ну и шо? Бросил курить?
— Таки, не успел.

В тёмном переулке грабитель останавливает еврея:
– Давай деньги и не вздумай шуметь!
– Ой, шо вы! Я ничего не имею против того, шобы быть ограбленным, но у меня нет при себе денег…Давайте, я вам буду должен…

Учитель в одесской школе:
— Дети, придумайте предложение, в котором слово «трудно» встречается семь раз.
Яша Рабинович тянет руку:
— Мне трудно в понедельник, мне трудно во вторник…

— Почему евреи празднуют Новый год осенью?
— Осенью ёлки дешёвые.

— Изя, почему нигде в мире так и не удалось построить коммунизм?
— Потому, Сема, что в процессе его строительства рано или поздно всегда кончается еда.

Еврейская семья собирает корзинку с пирожками еврейской Красной Шапочке и даёт ей напутствия:
— Таки слушай сюда. Когда ты придёшь до бабушки, она сразу тебе таки будет плакаться, что, ой вэй, зима совсем скоро, из щелей дует, кран подтекает, топить нечем, крыша прохудилась, денег нет совершенно и вообще, шо ты, внучка, знаешь за эту жизнь. Но ты таки ничего не слушай, а твёрдо стой на своём: с капустой — по 5, с мясом — по 8!

Старый еврей, умирая, говорит жене:
— Роза, не забудь позвать на похороны мою двоюродную сестру Софу…
— Эту ведьму?! Я же её терпеть не могу!
— Я хочу, чтобы она пришла.
— Глаза бы мои её не видели! Ни за что не позову!
— Роза, кто из нас умирает, ты или я??
— Ну хорошо—хорошо…Раз уж ты так хочешь, пусть она придёт. Но учти, в том случае никакого удовольствия от твоих похорон я не получу!

Когда Рабиновича начали бить в детском лагере, его родители не стали бездействовать. Они застраховали его здоровье и жизнь и записали ещё на две смены…

Идет экскурсия по аду. На одном котле очень много крышек и он завален камнями. Экскурсанты спрашивают экскурсовода, почему.
— Здесь варятся евреи. Если хотя бы один сумеет выбраться, обязательно перетащит всех остальных.
Дальше экскурсанты видят котел, который не прикрыт ничем. Экскурсовод:
— Здесь русские. Мы за них не боимся. Даже если один сумеет выбраться, другие все равно затащат обратно.
Дальше наблюдается третий котел, на котором тоже ничего нет.
— Здесь немцы. С ними все просто. Мы начертили линию и написали «Не перелезать».

По словам жены Федора Конюхова, он был дома два раза. Первый раз — когда сделал сына, второй — когда шапку забыл.

— Изя, ви не знаете шо такое авансцена?
— Я вас умоляю! Авансцена — это сцена перед зарплатсценой..

После первого минета с евреем прибегает подруга и жалуется другой:
— Я знала, что их там обрезают, но не думала, что так коротко…

— Изя, вы не знаете, зачем Люсин Витя купил себе собаку?
— Ну, наверное, для того, чтобы он мог дома хоть кому—то сказать: — Закрой рот и не гавкай!

Моня пришёл устраиваться на работу.
— Рабинович, скажите, у вас есть положительные качества?
— Ну, во-первых, есть люди хуже меня…

По улице идет Рабинович и очень бережно несет два арбуза. Навстречу ему Абрам:
— Яша, уступи мне один арбуз.
— Никак не могу. Теща сказала: « Яша, за один арбуз отдам полжизни!…»

Однажды он попробовал…Потом ему понравилось… — И с тех пор Изя заряжал свой мобильник только в гостях.

— Сёмочка, счастье моё, мы с папой подарим вам на свадьбу трёхспальную кровать.
— Мама, зачем нам трёхспальная?
— Сёмочка, неужели ты думаешь, что мама таки бросит тебя одного с чужой женщиной?

СМС: «Яков Соломонович, таки не могу найти Ваш номер телефона, перезвоните мне!» Ответная СМС: «Натан Израилевич, я тоже не могу найти Ваш номер, шо таки будем делать?»

Еврей учит сына бизнесу и говорит:
— Сынок, мой торговый партнер Михаил Зильберман забыл вернуть мне деньги. Напиши—ка ему телеграммку! Сын приходит с телеграммой: — Уважаемый г—н. Зильберман! Верните, пожалуйста, нам наши деньги!
Отец посмотрел и говорит: — Э—э, нет, сынок! Не то! Покороче надо! Сын переписывает телеграмму: — Г—н. Зильберман! Верните деньги!
Отец: — Э—э, сынок! Опять не то! Подожди, я сейчас напишу тебе правильный текст. Через минуту подает сыну листок с текстом телеграммы. В ней написано: — МИША, НУ?

Одесский суд:
— Циля Моисеевна, шо имеете сказать за причины развода? Муж мало зарабатывает? По дому не помогает? Может, с детьми не занимается? Или, стесняюсь спросить, не удовлетворяет Вас как женщину?
— Ой, шо Ви, Ваша честь! Все это Изя делает! Но Ви би видели, с каким лицом!

Рядом со мной в маршрутке стоит парень лет 20-ти с вазоном фикуса, видимо помятым жизнью, и парень говорит ему: «Олег, не умирай, ща тебе земли и удобрений купим, иначе Стася меня убьет».

Ученик пришел к раввину:
— Ребе! У меня есть желание жить вечно! Что делать?
— Женись!
— И что? Я буду жить вечно?
— Нет! Но желание скоро пройдет!

Киев, 1918 год. Мойша стоит у окна, с улицы слышится конский топот, стрельба, крики.
— Моня, шо там?
— Наши побеждают.
— Наши, это кто?
— Завтра узнаем.

— Сарочка, ты всегда делаешь мне нервы. Почему я должен ждать тебя так долго?!
— Жора, я тебя умоляю! Ты шо, таки не знаешь? Мне нравится быть такой долгожданной!

— Боря, не одолжишь свой черный костюм, дядю Изю похоронить надо…
— Конечно, Сёма, конечно, бери…
Прошла неделя, другая…
— Сёма, а где мой костюм?
— Как где, так дядьку в нём и похоронили.

Еврейская семья. Маленький мальчик подходит к маме:
— Мам, а правда, что «Титаник» потопили евреи?
— Да, сынок, по-моему, какой-то Айсберг….

Еврей обращается к властям:
— Хочу эмигрировать в Израиль!
Оформили документы, уехал.
Через полгода в Израиле приходит в посольство:
— Хочу назад в Советский Союз!
Вернулся. Через полгода опять:
— Хочу в Израиль!
— Послушайте, вы бы определились, где же вы хотите жить!
— Понимаете, и там и здесь плохо. Но эти две недели пересадки в Риме!

Занятия в церковной школе. Кюре спрашивает:
— Кого надо любить и почитать больше всех?
Молчание.
— Вы что, не читали Священное писание? Кого надо любить больше всех?
Ни звука.
— Ну, смелее, смелее. Кто правильно ответит, дам 20 франков.
Тянется робкая рука:
— Учителей.
— Нет, неправильно. Думайте еще. Дам 25 франков, кто правильно скажет.
Поднимается другая рука:
— Родителей.
— Ну, опять неправильно. Конечно, родителей надо любить, а кого больше всех? Больше всех? Ну, кто знает? Вдруг с самого последнего ряда:
— Господа нашего Иисуса Христа.
— Ну, наконец—то! Молодец. Иди сюда, получи свои 25 франков. Как тебя зовут?
— Самюэль.
— Самюэль? Ты что, еврей, что ли?
— Да.
— А тут—то ты что делаешь?!
— Так мне сказали, что здесь викторина будет на деньги.

Старый еврей фотограф с обезьянкой на одесском пляже. Подходит бритоголовый крепыш:
— Слышь, дед, это…С обезьянкой сколько стоит?
Фотограф внимательно смотрит и после паузы переспрашивает:
— Сфотографироваться?

В Одессе по Дерибасовской идёт еврейская мама и ведёт за руки двух
мальчиков. Их встречает знакомая:
— Здравствуйте, Сара Абрамовна. Какие милые крошки! И сколько им лет?
— Гинекологу шесть, а юристу четыре.

— Изя, ты тоже хочешь шо—то сказать за усопшего Рабиновича? Но учти: про покойников либо ничего, либо хорошо.
— Да—да, ребе. Так вот, Рабиновича с нами больше нет, и это хорошо.

Странно…У курицы есть грудка, но нет сосков…

— Знаешь, мой Абраша вчера прислал из Сочи телеграмму, чтобы я выслала ему пятьсот рублей на обратный билет.
— Что же, у него нет денег на билет, а на телеграмму нашел?
— Ты удивишься, но он обошелся таки всего одним словом.
— И каким же?
— «Пятисотрублюй».

— С чем приходит еврей в гости?
— С детьми и тортом.
— А с чем уходит?
— С детьми и тортом.

– Жизнь только тогда имеет смысл, если ты кому-то нужен на этой Земле! Вот ты, Изя, нужен ли ты людям?
– Еще как нужен!
– Кому именно?
– Моим кредиторам.

— Циля, скажите, сколько вы дали за эту отличную шубу?
— Два.
— Что два?
— Два раза.

Идет экскурсия по аду. На одном котле очень много крышек и он завален камнями. Экскурсанты спрашивают экскурсовода, почему.
— Здесь варятся евреи. Если хотя бы один сумеет выбраться, обязательно перетащит всех остальных.
Дальше экскурсанты видят котел, который не прикрыт ничем. Экскурсовод:
— Здесь русские. Мы за них не боимся. Даже если один сумеет выбраться, другие все равно затащат обратно.
Дальше наблюдается третий котел, на котором тоже ничего нет.
— Здесь немцы. С ними все просто. Мы начертили линию и написали «Не перелезать».

Одесситы в гостях у евреев.
– Изя, у вас чай есть?
– Нет.
– А кофе?
– Чай есть.

Звонок в дверь. Хозяйка открывает.
— Здравствуйте, тетя Циля, Изя дома?
— А он кушает. Ты, наверное, тоже хочешь кушать?
— Да.
— Так сходи домой, покушай.

— Изя, почему ты не занимаешься спортом?
— До завтрака рано, а после завтрака вредно.

Сара Рабинович была такой толстой, что во время прослушивания волнующей музыки мурашки, бегущие по её телу, умирали от усталости уже на первом круге…

— Ты, конечно, никогда бы не женился на девушке из-за денег, Мойша?
— Конечно! Но, с другой стороны, нехорошо, чтобы она осталась в старых девах из-за того, что у нее есть деньги.

О, Боже, какая нелепая смерть!
Вчера проходящего мимо стройки сержанта ДПС убило листом ДСП…